Лермонтов-художник

Когда в июле 1941 года в Ленинграде готовилась выставка к столетней годовщине памяти М.Ю. Лермонтова, организаторам удалось собрать сохранившиеся пейзажи поэта. Какой романтический и в то же время достоверный, многообразный и новый гений предстал перед теми, кто успел эту выставку посмотреть! Она была открыта всего один час, прежде чем началась срочная эвакуация...
   Мог ли хоть однажды известный поэт Михаил Лермонтов предположить, что его живописное наследие станет предметом серьезного изучения, а кавказские пейзажи будут украшать залы Зимнего дворца (в качестве экспонатов выставки в Государственном Эрмитаже)? Вероятнее всего – нет, потому что художником себя он никогда не считал, хотя любил рисовать с самого нежного возраста.
   Первая половина жизни гения прошла в живописном имении воспитавшей его бабушки Е.А. Арсеньевой в Тарханах. На самом раннем из дошедших до нас портрете ее баловень изображен трехлетним ребенком с любимой игрушкой в руке – мелком, которым он рисовал по зеленому сукну, утеплявшему пол в детской. Подростком он отличался «способностями к искусствам», рисовал акварелью «довольно порядочно», а из крашеных восков лепил объемные картины. Стоит уточнить, что обучение рисованию детей в дворянских семьях было обязательным, наряду с изучением иностранных языков, истории, географии, словесности, музыки. Своеобразным «учителем» была и сама атмосфера русской усадьбы, помогавшая формировать эстетический вкус естественной красотой природы.

«...какое удовольствие»

В Московском Благородном пансионе, куда поступил четырнадцатилетний Лермонтов, уроки рисования-были обязательными. Профессиональные преподаватели работали в строгом соответствии с академической системой обучения. Она подразумевала несколько этапов: сначала воспитанники переписывали «контуры», затем копировали гравюры с произведений известных художников и только потом могли рисовать с гипсовых слепков античные бюсты и скульптуры.
   Именно этого этапа Миша ждал с нетерпением и писал об этом в Тарханы в декабре 1828 года: «Скоро я начну рисовать с (buste) бюстов... какое удовольствие! к тому ж Александр Степанович мне показывает также, как должно рисовать пейзажи». Своего педагога художника-акварелиста А.С. Солоницкого будущий поэт не только ценил как профессионала, но и доверял ему читать свои стихи. К этому периоду относится знакомство подростка с творчеством художников эпохи Возрождения. Впоследствии в «рембрантском освещении живописи» искусствоведы определят его индивидуальный почерк, а имена любимых художников сохранятся в поэтических образах поэта-художника:

Радость от успехов в рисовании с сыном разделял в эти годы отец, Ю.П. Лермонтов: «Папенька сюда приехали, и вот уже две картины извлечены из моего portefeuille слава Богу такими любезными мне руками», – писал подросток «милой тетеньке» в Тарханы.

«Картина ... М.Ю. Лермонтова» (?)

В тарханском доме много лет хранится копия с картины русского художника А. П Лосенко «Андрей Первозванный». На обратной стороне холста дата – 1828 год. Это полотно долгое время находилось в образной комнате, а после гибели внука Елизавета Алексеевна пожертвовала его в приходскую церковь. Во время реставрации в 1972 году картина «открыла» имя автора копии. В ее нижнем углу обнаружили надпись: «Картина М.Ю. Лермонтова». Авторитетное заключение подтвердило: копию можно считать работой юного поэта. В лермонтовское время картины А.П. Лосенко были широко распространены в эстампах. Вероятнее всего, с одного из них он и выполнил копию под руководством профессионального художника, который исправил ошибки, завершил работу и мог начертать имя прилежного ученика. В настоящее время картина «Андрей Первозванный» является частью мемориальной коллекции музея-заповедника «Тарханы».

Юнкерская тетрадь

В Школе гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров, куда Лермонтов поступил в 1832 году, профессиональных художников в числе преподавателей не было: будущих офицеров учили делать только беглые наброски, для чего у Лермонтова был специальный альбом. На 68 листах так называемой Юнкерской тетради – целый фейерверк рисунков и зарисовок Лермонтова, выполненных пером или карандашом. Карикатуры и дружеские шаржи сделали автора популярным в юнкерской среде. По свидетельству современников, «трунил Мишель подчас и над своими недостатками», смеясь над своей «общей армейской наружностью». Ученый Л.Н. Шаталова обоснованно считает Лермонтова одним из основоположников сатирического жанра в России.
   Современников удивляло, с какой быстротой и точностью поэт делал свои наброски. Близкий друг поэта С. А. Раевский вспоминал: «Соображения Лермонтова сменялись с необычайно быстротой, и как ни была бы глубока, как ни долговременно таилась в душе его мысль, он обнаруживал ее кистью или пером изумительно легко, и я бывал свидетелем, как во время размышления противника в шахматной игре Лермонтов писал драматические отрывки, замещая краткие отдыхи своего пера быстрыми очерками любимых его предметов: лошадей, физиогномий...». Не случайно здесь упомянуты лошади, сложные для рисования очертания которых поэт очень ловко переносил на бумагу. Мало кому из художников с таким же мастерством и выразительностью удавалось передать в рисунках различные виды движения этих благородных животных – от тихой езды до стремительной скачки. В современных «Тарханах» посетители имеют возможность увидеть породы лошадей, которые были в родной усадьбе поэта и полюбоваться их красотой и грацией.

«Памятники дружбы»

Графическое наследие М.Ю. Лермонтова сохранилось не только в юнкерской тетради, но и в альбомах. В 30-х годах XIX века эти «приметы милой старины» занимали заметное место в жизни русского общества.
   Эти альбомы часто называли «памятниками дружбы», потому что их хозяйки дорожили каждой записью или рисунком. Сколько же автографов писателей «золотого» века русской литературы сохранила эта литературная традиция!
   В одном из альбомов, что хранятся в музее-заповеднике «Тарханы», есть изображение девушки в рост, в профиль, в легком, простого фасона платье с декольте. На рисунке поэт изобразил хозяйку альбома – Марию Егоровну Ловейко (в замужестве Солнцеву), с которой был хорошо знаком. Семейную реликвию передал правнук Ловейко – Олег Комов.
   Сегодня имя народного художника СССР, автора целой галереи памятников выдающимся соотечественникам Олега Константиновича Комова слышат все посетители «Тархан». Он создал уникальный, невоенный, домашний памятник М.Ю. Лермонтову, который уже 40 лет является украшением усадьбы и вызывает самые светлые чувства и эмоции. Создается впечатление, что Лермонтов до сих пор здесь живет – настолько притягателен и гармоничен его задумчивый образ. Так скульптор воплотил в бронзе его мечту об отставке, возвращении к родным просторам и занятиям литературным трудом.

«Тебе, Кавказ, суровый царь земли...»

По-особенному живописное дарование Лермонтова засияло на Кавказе. Направляясь в Нижегородский драгунский полк, ссыльный офицер пересек весь горный край. Цветущая природа, полюбившаяся с детства, очаровала с новой силой: «Я снял на скорую руку виды всех примечательных мест...и везу с собой порядочную коллекцию», – сообщал он другу.
   Работу над ней поэт завершал уже в Петербурге акварелью, маслом и в технике литографии. Великолепные по колориту и чистоте красок картины очень романтичны: развалины замков, силуэты грозных скал, бурные речные потоки. Лермонтов первым показал современникам живописную красоту «края суровой свободы». Профессиональные художники в ту пору Кавказ не писали: шла война и дальше Пятигорска выезжать было небезопасно. Более того, эти кавказские пейзажи стали основой формирования географического кругозора у современников поэта до появления научных описаний.
   Значительную часть картин автор раздарил своим родным, друзьям и знакомым, а самую большую – «Кавказский вид возле селения Сиони» – предназначил бабушке. Теперь она занимает почетное место в коллекции музея-заповедника «Тарханы».

Поэт или живописец?

Изучая наследие Лермонтова-художника, исследователи пришли к выводу, что он обладал пиктографическим мышлением (от слов «пикто» – рисовать и графо -писать). Это двуединое творчество первой отметила друг поэта Е. Ростопчина: «Главная его прелесть заключалась преимущественно в описании местностей; он сам хороший пейзажист, дополнял поэта живописцем».
   Поэт уверенно владел линией рисунка и перспективой, безукоризненно передавал движение, умело строил композицию и выработал свой узнаваемый почерк. До нашего времени дошли 13 работ маслом, 51 акварель и более 450 рисунков – внушительное наследие для непрофессионального художника, прожившего неполные 27 лет.

Елена Родина, внештатный сотрудник
музея-заповедника «Тарханы»