Ровно 230 лет назад 9 января 1794 года (по старому стилю – 29 декабря 1793 года) в Смоленской губернии был рожден Иван Дмитриевич Якушкин. Имени его суждено будет в веках звучать в одном ряду с другими именами, причастными к декабристскому восстанию на Сенатской площади в 1825 году. Задолго до этих событий, еще в 1816 году, возник «Союз спасения», замененный позднее «Союзом благоденствия», основателями которого стали Александр Муравьев, его сослуживцы по лейб-гвардии Семеновскому полку: братья Сергей и Матвей Муравьевы-Апостолы, князь Сергей Трубецкой и Иван Якушкин. Самому старшему из офицеров было на тот момент всего двадцать четыре года, и двигала передовой молодежью только одна великая цель – видеть Россию сильным и процветающим государством!
Знакомство М.Ю. Лермонтова с идеями декабристов и литературными трудами поэтов-вольнодумцев произошло еще в пору учебы его в Университетском благородном пансионе, когда летние «вакации» проходили в подмосковной усадьбе Середниково, которой владел Д.А. Столыпин – брат бабушки поэта, близкий друг декабриста П.И. Пестеля. Другой брат Е.А. Арсеньевой, А.А. Столыпин, был другом К.Ф. Рылеева. Наконец, знакомство с поэзией декабристов дополнилось личными встречами Лермонтова с некоторыми из них на Кавказе. Об этом позднее писал бывший секундантом на дуэли Лермонтова и Мартынова А.И. Васильчиков:
Когда в невольных странствиях и ссылках удавалось ему встречать людей другого закала <…> он изливал свою современную грусть в души людей другого поколения, других времен. С ними он действительно мгновенно сходился, их глубоко уважал, и один из них, еще ныне живущий М.А. Назимов, мог бы засвидетельствовать, с каким потрясающим юмором он описывал ему, выходцу из Сибири, ничтожество того поколения, к коему принадлежал.
И.Д. Якушкин
Художник Ж. Вивьен, 1823 год
Карандаш, бумага
Еще в студенчестве начинающего поэта не могли не волновать недавние события, имена и судьбы причастных к восстанию. К тому же, будучи воспитанником отделения нравственных и политических наук, М.Ю. Лермонтов, желающий учиться на словесном отделении, наверняка знал, что в прошлом студентом этого же факультета был И.Д. Якушкин. Будущий декабрист во время учебы жил на квартире у известного профессора красноречия и поэзии А.Ф. Мерзлякова, который позднее давал на дому уроки Лермонтову по приглашению его бабушки Е.А. Арсеньевой.
В университетские годы тесная дружба связывала И.Д. Якушкина с А.С. Грибоедовым и П.Я. Чаадаевым, многими будущими декабристами, которые, «имея от роду 16 лет», в 1812 году прекратили свое «учение» и не имели другого «образа мыслей, кроме пламенной любви к отечеству». Участвуя в военных действиях 1812 года и в заграничных походах 1813 – 1814 годов, И.Д. Якушкин неоднократно отличался и был награжден Георгиевским крестом, прусским орденом «За отвагу» и Кульмским крестом. С Семеновским полком вступил в Париж.
Ожидая по окончании войны решительных перемен для своего отечества, но увидев, напротив, жесткую политику правительства, Иван Дмитриевич вышел в отставку и поселился в деревне, не оставив при этом «братской» переписки с членами тайного общества. «В продолжение двух лет мы имели перед глазами великие события и некоторым образом участвовали в них, теперь невыносимо было видеть пустую петербургскую жизнь, и слушать болтовню стариков, выхваляющих все старое… Мы ушли от них на сто лет вперед», – писал М.И. Муравьев-Апостол. И.Д. Якушкин инициировал и полностью поддерживал идеи «союза» по борьбе с крепостным правом, установлением конституционной формы правлении, когда обсуждался вопрос о цареубийстве, решил без всякого жребия принести себя в жертву, выстрелив из одного пистолета в царя, а из другого – в себя.
Эти события 1817 года позднее сыграли роковую роль: 17 декабря 1825 года во время допроса один из арестованных дал показания против Якушкина, после чего последовали годы каторги и «вечное» поселение в Сибири в Ялуторовске.
Даже в ссыльных тяжелейших условиях на закате своего жизненного пути, оставаясь верным себе и своим высоким идеям, Иван Дмитриевич много времени посвящал самообразованию, занимался высшей математикой, изучал немецкий и английский языки. В Ялуторовске открыл мужскую и женскую школы, для которых составил учебные пособия по основным предметам и вел занятия в течение 12 лет. Вот что рассказывает об этом Н.В. Басаргин:
Имея очень ограниченные средства, он уделял последние на помощь ближнему, и во все время жительства своего в Сибири не мог завести себе даже шубы. В Ялуторовске без всяких средств он вздумал завести школу для бедного класса мальчиков и девиц и одною своею настойчивостью, своей деятельностью и, можно сказать, сверхъестественными усилиями достиг цели. Для этого он в течение 10 лет должен был бороться не с одними надобностями, но и с препятствиями внешними. Правительство строго воспрещало, чтобы кто-нибудь из нас имел влияние на воспитание юношества. За этим предписывалось наблюдать местным властям <…>. Все это надобно было терпеть и кое-как улаживать. К чести высших губернских властей должно сказать, что они в этом случае были на стороне полезного дела и, хотя явно не могли защищать того, что касалось до нас, содействовала намерениям Якушкина и одобряли его прекрасную цель. Вскоре оказались благодетельные следствия заведенной им школы. Простой народ с радостью отдавал в них своих детей, которые кроме рукоделия и первоначального научного образования получали тут и некоторое нравственное воспитание. Якушкин целые дни проводил с учениками и ученицами, сам учил их, наблюдал за преподавателями и их руководил. Часто даже помогал бедным из своего тощего кошелька и нисколько не затруднялся просить у каждого имеющего способы помочь нуждам школы.
В этот период создавались и знаменитые «Записки», которые долгое время были почти единственным подробным описанием событий. Они занимают одно из первых мест среди воспоминаний участников декабристского движения.